Он был слишком близко и слишком большой. Казалось, что его одежда была рассчитана на более маленького человека. Ткань облегала округлые мускулы плеч и смягчала их ширину, подобно рукам любовницы. Она представила, как ее ладони скользят под распахнутый пиджак, а пальцы проскальзывают между натянутыми пуговицами рубашки, чтобы дотронуться до жестких волосков и горячей кожи.

Неправильно, — настоятельно звучала мысль в ясном уголке ее мозга. — Неправильная одежда, неправильный мужчина, неправильная реакция.

Это был остров, на котором рабочие одевали фланелевую рубашку поверх белой футболки. Он был незнакомцем. Он не принадлежал этому месту.

А она не смогла бы принадлежать никакому другому месту, кроме этого.

Она вздохнула, задержав дыхание, как она сама научилась, когда была ребенком, напрягая все силы, чтобы все внутри встало на свои места. Она могла чувствовать его запах, горячего мужчины, прохладного хлопка, и чего-то более глубокого, дикого, как соленые нотки моря. Когда он успел подойти так близко? Она никогда никому не позволяла приближаться к себе так близко.

Его пристальный взгляд исследовал ее, подобно солнечным лучам, насыщенным и теплым, выискивая все потаенные места, все секретные уголки ее души. Она чувствовала себя обнаженной. Беззащитной. Если она встретится с его глазами, она пропала.

Она сглотнула и уставилась на его рубашку. Кровь ее загудела.

Не смотри, не надо…

Она сосредоточилась на его галстуке, серебристо сером с тонкой голубой полосой и шелковым блеском.

Люси нахмурилась. Совсем как…

Она взглянула более внимательно. Совсем такой же…

В голове прояснилось. Она отступила на шаг назад.

— Это галстук Дилана.

Костюм Дилана. Она узнала его, он был в нем на свадьбе Калеба.